Обретая | Драбблы/Мини | Фанфики | Яой Нару/Сасу, яой Сасу/Нару,яой по аниме Naruto,Наруто

 
Введите логин:


Пароль:





 

 
 
Любимый персонаж?
Всего ответов: 538
 
 

 
Клацни по ссылкам, помоги сайту. Аригато!
 

 
Fantasy Fanart - мультифендомный архив яойных/слэшных/гетных фанфиков



Наш баннер:



 

 


Видео
В своих ладонях он д...
Денег нет!/Okane ga ...
Гравитация/Gravitati...
Гравитация/Gravitati...
Гравитация/Gravitati...
 

 
Всего: 952
Онлайн всего: 1
Неивестные: 1
Пользователи: 0
Администратор
Модератор
Санин
Джонин
Чуунин
Генин
Житель деревни
Сейчас онлайн:
Сегодня были:
 

Главная » Фанфики » Яой (Naruto) » Драбблы/Мини [ Добавить фанфик ]

Обретая 27.09.2011, 10:32
Название: Обретая
Автор: Mizu-sama
Бета: Я и дядюшка Word
Жанр: яой
Персонажи/пейринги: Итачи/Саске
Фэндом:Наруто
Рейтинг: NC-17
Размещение: с предупреждением и с шапочкой
Предупреждения: инцест
Саммари: так в чем же все-таки сила?
Статус: завершен

- Кажется, я немного перестарался, - насмешливый голос пробрался через мутную пелену в голове. Пытаясь сфокусировать взгляд, Саске сощурил глаза. Это простое движение немедленно отозвалось глухой болью, однако он разглядел синюю кожу, рыбьи жабры и хищный оскал мелких острых зубов.

- Что ж поделаешь, раз уж Самехада от твоей чакры оторваться не могла? – хохотнул синелицый.

Голова гудела, мысли текли вяло и как-то обрывочно. Безусловно, Саске его где-то видел. Года два-три назад, когда была первая стычка с Итачи… минутку… если этот рыбоголовый, Кисаме, мать его, напарник Итачи, то…

- Глупый, глупый, но уже не маленький брат…

От этого низкого голоса Саске аж подкинуло от сырого и холодного пола. Глаза мгновенно полыхнули шаринганом, причиняя боль, но Саске инстинктивно дернулся в сторону фигуры в плаще, стоящей чуть поодаль. Тело немедленно запротестовало, голова нестерпимо закружилась, и младший Учиха безвольно обмяк. Рук он не чувствовал, они были разведены в стороны цепями, прикрепленных к стенам, и он не мог сложить печати. Ему оставалось только злобно сверлить взглядом то одного, то другого.

- Какое изысканное выражение лица! – заржал Кисаме и внезапно умолк. Подняв руку к голове и переглянувшись с Итачи, он кивнул:

- Лидер.

Они развернулись и скрылись во мгле, которую не рассеивал тусклый факел. Где-то вблизи загромыхала дверь, и звуки удалившихся шагов дали понять, что пленника оставили одного.

Саске позволил себе слабый стон. Сказать, что он чувствовал себя отвратительно – значит ничего не сказать. Они появились на поляне внезапно, ниоткуда. Орочимару высокомерно разъяснял Саске новую технику, как два взрыва оглушили их. Последнее, что он помнил – это искаженное яростью лицо саннина, а потом – красный мир Цикуёми, где он пробыл черт знает сколько лет, заново переживая роковую ночь, и вот, это подземелье. Было холодно, воняло плесенью и затхлостью, вода срывалась с потолка и с унылым звуком шлепалась на пол. Но Саске закрыл глаза и погрузился в целительный сон.

Он провалялся в этой темнице три дня. Три дня без еды и питья, в обществе возмутительно толстых крыс, слушая только свое хриплое дыханье, звяканье цепей да однообразную песню капель. Да что там, Саске чуть не умер от скуки и невозможности сходить в туалет. Под себя? Ну уж нет. Такой радости он этим двоим не доставит. Не думайте, что он не пытался выбраться. Еще как. Но пришел к одному-единственному выводу, что стены этого подземелья поглощают чакру, но так, чтобы пленник чувствовал себя сносно, но сложить печати и активировать техники – было невозможно. Просто идеальная тюрьма.

Таким и застал его Кисаме – на коленях, с опущенной головой, но не сломленного и не смирившегося.

- А, живучий. И терпит, - ухмыльнулся Хошикаге и елейно протянул: – а терпеть вредно для здоровья.

Саске молчал. Он сберегал запал и силы на другого врага. Кисаме неспешно подошел и снял цепь с хитроумного крючка наверху. Не дав пленнику опомниться, дал крепкий подзатыльник и, схватив за шкирку словно котенка, потащил куда-то вправо. Саске не сопротивлялся. Честно говоря, он руку еле поднимал, опираясь на стены, что уж говорить об ударе, который мог бы вырубить этого верзилу. Молча открыв дверь, Кисаме втолкнул Учиху в маленькую провонявшую комнату. Не опуская длинную цепь, он остался в дверях.

- Давай, делай свои дела, мальчик, быстро и без глупостей.

Еле дойдя до угла и облегчившись, Саске без сил привалился к стене, на что Хошикаге немедленно отреагировал:

- Не кисейная барышня, Учиха, не надо картинных обмороков.

Но Саске только фыркнул и не шевельнулся. Кисаме, чертыхаясь, снова схватил его за воротник и дотащил его обратно. Закинув цепь на крючок и, не удостоив ослабшего пленника взглядом, он ушел. И Саске снова остался один. «Умереть от пневмонии – как глупо», - думал Саске. Внезапно воображение подкинуло нереальную картину: он умирает, а Итачи просит у него прощения, плачет и …
Саске мысленно дал себе пинка. Сославшись на больное состояние, он тяжело вздохнул. На самом деле, он устал. Устал от постоянной ненависти, от жажды мщения, сжигающей нутро и сердце, от постоянных бесплодных поисков, от похотливого и надменного взгляда Орочимару, от ехидных ухмылок Кабуто, от печального взгляда синих глаз блондинистого недоразумения и плаксивых нюней розоволосой куноичи. Но назвался груздем…

Резко скрипнула дверь, вырвав Саске из дремоты. Звук приближающихся шагов не заставил его открыть глаза, и Учиха предполагал, какую очередную гадость скажет эта неприятная рыба.

Теплые пальцы жестко обхватили подбородок и подняли лицо.

Едва увидев черные волосы, обрамляющие лицо, бледную кожу и обсидиановые глаза, Саске почувствовал, как, смирившаяся было, ненависть жгучей волной ударила в голову.

- Т-ты… - прохрипел он, - н-ненави… ненавижу…

- В этом твоя сила, а, Саске? – насмешливо протянул Итачи и, наклонившись к уху пленника, спросил: - А в чем еще? В мести? В убийстве?

Саске его не слышал. Итачи был близко, так близко, но так недосягаем. Как раньше, когда они были семьей. Так близко, что он чувствовал запах нии-сана. Он пах солнцем, дорожной пылью и чем-то своим, таким родным запахом, который маленький Саске вдыхал сидя на спине Итачи, когда подвернул ногу.

Светлое воспоминание возродило старые чувства, испытываемые в детстве: уважение, любовь и страх за старшего брата.… Возродило и горечь. Горечь утраты всего, что было дорого Саске. Горечь от того, что чудовищем оказался не кто-то, а родной и любимый брат. Горечь, что ничего нельзя вернуть назад. И злость. И ненависть.

- Сила? Для меня уж точно не в знании собственных возможностей, - зло выдавил Саске.

Итачи едва заметно усмехнулся. Теперь он смотрел прямо в глаза отото.

- Тогда ответь мне, - со странной силой говорил Итачи, - ну же, Саске, а я подтолкну к нужному ответу.

- Кровь за кровь, - прошипели в ответ.

- Неправильно, отото, и я в этом виноват, - вдруг тихо прошептал Итачи.

Саске широко раскрыл глаза. Не успел он ничего ответить, как его рот накрыли требовательные губы. Младший ошеломленно замер. Все происходящее было до того иррационально, что он банально испугался. Он подался назад, стукнувшись головой об стену, но Итачи оседлал его бедра и, рукой удерживая голову Саске, впился жестким и собственническим поцелуем. Другая рука забралась под одежду и неожиданно ласково провела по хрупким ключицам, по груди, а потом по позвоночнику вниз. Итачи скользнул поцелуем по щеке и припал к бешено пульсирующей жилке на шее. Саске затопило неожиданное наслаждение. Пытаясь обуздать ненужное возбуждение, он взывал к своей ненависти, ведь ему должно быть противно от того, что брат и убийца всего клана похотливо лапает его в грязном подземелье.

Но почему же нии-сан так ласково целует его плечи? Почему чувственно гладит его спину и нежно прикусывает мочку уха? Жар всего тела скопился внизу живота Саске, а ласки Итачи завораживали, манили и обещали…

Плюнув на совесть и на разум, Саске подчинился телу, и на следующий поцелуй старшего брата он ответил. Ответил с той же жадностью, с тем же голодом, а тело, изнывшее от одиночества, прижалось к теплому телу аники. Поцелуи иссушали. Саске узнал, что такое абсолютная беспомощность, когда язык Итачи ласкал и вылизывал его пупок. Плащ он давно скинул, и младший Учиха любовался широкой спиной старшего, его бледно-молочной кожей, и ему нестерпимо хотелось узнать, а такая ли шелковистая кожа у нии-сана, какой кажется? Дернув цепями, он бессильно застонал. Последний раз проведя языком о животу, Итачи торопливо снял цепи, попутно скинув с отото белую рубаху. Поцелуи, дразнящие и глубокие, заставляли Саске желать большего. Гордость рядом с Итачи превращалась в пустой звук, и когда аники, наконец, освободил его член, он громко застонал и поддался бедрами навстречу его рукам, таким сильным, и таким нежным. Один ритм на двоих, стоны и всхлипы, среди этого всего влажное прикосновение к соску едва не сорвало Саске в пропасть. Внезапно ласка прекратилась. С трудом открыв глаза, он с жарким волнением наблюдал, как Итачи скидывает майку-сетку и черные брюки, быстро стелет плащ. И снова поцелуи, тихие стоны и нежные прикосновения. Саске опустился на плащ и позволил Итачи стянуть с себя штаны.

- Ты такой красивый, отото… - шепот, переросший в поцелуй. Цепочка лихорадочных поцелуев по груди, ниже и еще.… И нежное давление, влажное тепло, сладкий плен – Саске забыл, кто он есть. Он всхлипывал, ритмично вскидывал бедра, погружаясь все дальше и дальше в это восхитительно горло. А когда в него скользнули два тонких влажных пальца, он едва не кончил. Но Итачи выпустил его член и сильно укусил его бедро. Непослушными руками Саске вцепился в волосы нии-сана и притянул его для поцелуя. Ощутив свой собственный вкус на губах брата, он застонал:

- Ну же, Итачи… я хочу тебя, а не твои пальцы.

Старший Учиха зарычал и рывком раздвинул его ноги. Торопливо размазав смазку по своему члену, он медленно вошел в Саске. Было так узко, тесно, горячо и так восхитительно сладко. Но он заставил себя не двигаться. Крупная дрожь била Итачи, и Саске наполняла удивительная нежность. Глаза в глаза, тяжелое дыхание и маленькое движение. Внезапно Саске охватывает ногами его бедра и поддается навстречу, насаживаясь на член Итачи еще глубже. Короткий стон отото, и у аники срывает башню. Потеряв контроль, он вбивается в задницу брата, ускоряя темп и хрипло постанывая. Чуть изменив угол – и да, тело под ним выгибается дугой. Нет никаких преград для любви, а аники так близко, и Саске обнимает его все крепче, снова его обретая, снова его любя. Скользкая рука обхватывает член Саске, и это последняя капля – он громко кричит и весь мир разрывается белоснежной вспышкой, оставляя после себя удивительное чувство любви. Саске неясно осознает, что Итачи дрожит и задыхается над ним, но его накрывает сладкая темная волна, унося с собой всю боль и ненависть…

Саске гладили по спине, а сам он лежал на чем-то очень теплом. Под ухом равномерно стучало: тук-тук, тук-тук… Он с трудом поднял голову и наткнулся на внимательный… и да, любящий взгляд.

- Надо поговорить, Саске.

И они говорили. О заговоре Скрытого Листа, об истинных причинах убийства клана, об отношении друг к другу… и еще много о чем…

Позже…

- Сила в любви? – хриплый от слез голос Саске.

Нежный поцелуй в висок.

- Сила в прощении, мой маленький любимый брат.

Еще многое предстоит обговорить и решить, многое сделать, многое понять, но сейчас ничего не нужно.

Уже засыпая, Саске спросил:

- А Кисаме?

- Он знает.


[6 голосов]
Просмотров: 2101 | Добавил(а): mizu-sama

Всего комментариев: 1


Sviataia 21.10.2011 в 21:02 написал(а): Спам
Rлассненько^^

0  

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
NarutoRS © 2009-2011 | Design by Tokaarichizuka-Sama | Хостинг от uCoz
Любое копирование дизайна или его элементов запрещено и преследуется по статье Кодекса РФ "Об авторском праве".
Информация предназначена для ознакомления, и, если материал нарушает Ваши права, обратитесь к администратору.
Администрация сайта не пропагандирует гомосексуальные отношения, а сайт входит в категорию "18+".




Рейтинг@Mail.ru    
-